В начало » ЖЖ

Тысяча и одна падла или почему дети так жестоки?

27 октября 2012 95 views Нет комментариев

Я летом отдыхал у бабушки в одном шахтерском городке. Наслышан и на смотрен на мести местных подростков. В коментах просто невинные шалости. Из самого громкого: Сбросили директора школы дядю Юру с моста на стекловату. Взорвали кинотеатр потому что не пустили «детям до 16 лет». Сейчас вспоминаю и тихо охуеваю. И это 80–е годы.

Под катом — детские воспоминания о проделанных жестокостях. Внимательно почитайте и дайте мне ответ — почему дети так жестоки?

Мы как–то раз соседскому старику тоже крови попортили за подобную расправу над мячом. 
С поздней весны и до ранней осени мы любили погонять мяч во дворе. Футбольная коробка стояла между двух домов, поэтому наши веселые крики, отзеркаливаясь от двух стоящих рядом хрущей, делались еще громче. Это сильно огорчало злобного пенсионера дядю Леню, который как по режиму спал с часу до трех дня. В один злосчастный день дядя Леня вышел во двор, взял наш мячик и проткнул его шилом несколько раз — чтоб не склеили. После акта расправы дядя Леня отправился по нашим родителям и сказал что мы, сопляки, мешаем ему спать своей игрой в футбол. Родители хотели нас наказать, но было не за что. Поэтому они просто сказали — не мешайте дяде Лене спать с часу до трех своим футболом. 
Ну, ок. Мы не стали тревожить сон Леонида Сергеевича футбольными баталиями. Вместо этого мы, собравшись толпой человек в 15, создали сводный хор имени двора по улице Матросова. Каждый день с часу дня мы во все глотки орали «Что мне снег, что мне зной…», «Пропала собака», «Засыпает синий Зурбаган» и прочие хиты босоногого детства. 
Через две недели дядя Леня сдался, купил нам новый мяч и со словами «Хуй с вами, чертята», — разрешил вновь переквалифицироваться из певцов в футболисты.

 

А у нас в деревне, куда родители возили меня на каникулы, был гадкий пьяница, я уже и не помню, как его зовут. Гандон он был редкостный, один раз даже под тарзанкой на речке воткнул вилы, за эту выходку ему взрослые пиздюлей накрутили, а мы, дети, мстили уже и не помню за что. По плану, Гандон должен был наказать себя сам, поэтому найдя этого дядьку спящим после очередного возлияния во дворе, мы вложили в его само–карающую длань немного свежего, экологически чистого говна из коровы. Затем травинкой щекотали его лицо и с удовольствием наблюдали, как кусок говна размазывает другой кусок говна по своей роже. Даже сейчас вспомнить приятно, что уж говорить про меня 15 лет назад.

 

На первом этаже моего дома жил чебурек дядя Рашид. У него была скромная и добрая семья и вообще он был хорошим человеком. Только ему очень не повезло с расположением квартиры. Окна обеих лоджий стояли прямо за нашими воротами, сделанными из секции забора–сетки путем отдирания сетки. В общем, на линии огня. И никак во дворе нельзя было сделать другие ворота. Окон ему перебили целую кучу. И вот однажды, в воскресенье, дядя Рашид вышел, собрал нас всех и мы отправились под его руководством на соседнюю котельную, строить там настоящее поле, с воротами и даже разметкой из опилок.

На следующий день нас прогнали оттуда нахуй, вместе с дядей Рашидом, но все равно он был молодец.

 

Девочки с нашего района были очень изобретательны. Они дружно (это главное) написали в бутылку из–под вина и угастили этим «напитком» местного алкаша, который был уже практически в усмерть пьян. Он улыбался и цедил из горла девчачью мочу, девочки хихикали. На его вопрос — «что это за вино?» — они отвечали, что это знаменитая «золотая осень». После чего алкаш протрезвел, подзашился и стал известным телеведущим Малаховым.

 

Давным–давно, когда я еще трудилась сеятелем разумного и вечного, в соседнем кабинете работала Ирина Алексеевна, коллега, можно так сказать. Познания её в русском языке были велики, чего стоила фраза: «Откроем учебники, читаем на сорокОвой странице под низОм». Сама по себе баба была тоже мерзопакостная. И если уж мы это открыто признавали, то ученики просто не скрывали своей нелюбви, и выражали её в регулярно забитой спичками замочной скважине кабинета. Ирина стучала в мой соседний кабинет, получала большую скрепку, согнутую под нужным углом, вытаскивала спичку, начинала урок. Так продолжалось достаточно долго, пока кому–то из учеников не пришло в голову закрепить спичку клеем «Момент», и именно в пятницу вечером, чтобы до понедельника никто точно не полез.
Стоит ли говорить, что утро понедельника началось с криков «коллеги», матюков слесаря и малого педсовета, хихикающего в рукав. Но самое интересное поджидало за дверью. На учительском столе лежала аккуратная куча человеческого говна, из которой торчали Иринины туфли,всунутые по самое «не балуйся».
В сентябре «под низОм» читали уже ученики другой школы.

 

Нам такой дядя Юра в детстве, разломал штаб, который мы строили почти месяц. План мести был оригинален. Мы однажды заметили, что если кислым, недозревшим виноградом кинуть в металлический гараж, то разбрызганный кислый сок разъедал краску и в этом месте металл начинал ржаветь. На следующую ночь, после уничтожения штаба, весь его гараж, который он холил и лелеял был измазан кислым виноградом и краске настал пиздец, он начал ржаветь и пришлось его снова красить, и не раз 🙂 Больше штаб он не трогал.

 

Нужно сказать, что я училась в колледже музыкально–театрального искусства по специальности артист балета, и в силу специфики деятельности у меня всегда был с собой изрядный запас бельевой резинки.
Класс у нас был сдвоенный — балетное и оркестровое отделение, и учились мы вместе уже лет 8–9, так что никаких тайн друг от друга уже быть не могло. 

Но вот к нам перевелся новенький мальчик, при виде которого все девочки школы начинали глупо хихикать и краснеть (и я в том числе), а мальчики мечтали с ним подружиться. На второй день учебы произошло чудо — на алгебре новенького подсадили ко мне (пока моя подруга болела).

И вот этот Аполлон просит у меня ручку, я открываю пенал, достаю письменные принадлежности и смотрю на него и вижу как его взгляд меняется, становится насмешливым. К моему ужасу он достает двумя пальцами, сморщивая нос, злосчастную резинку от трусов с вопросом: «Для чего тебе это?».

К несчастью, именно в этот момент учительница наклонилась к ученику на первой парте чтобы что–то объяснить. Так что мозг сработал мгновенно…
«А вот для чего!» — именно с этой фразой я со всей дури влепила училке по жопе этой дурацкой резинкой…

Класс смеялся еще очень долго, моих родителей вызвали к директору, с мальчиком мы в результате начали встречаться. Но расплачивалась я за свою выходку до самого выпускного.

 

у нас тоже был подобный «дядя Юра», только был он армянином. как–то раз, решили мы с ребятами организовать футбольное поле у нас во дворе, со всеми необходимыми атрибутами — покрашенными воротами, лавочками, даже репейники и прочую «поросль» самостоятельно пропололи. Ворота сварил отец друга дядя Женя, красили спиженной с соседней стройки краской для сантехники. Последние приготовления и вот уже в нашем дворе куча народу, играли «дом на дом», а в конце мечтали сыграть «школа на школу». Составили график матчей, сетку плэйофф, благо один из друзей был футбольным задротом, следившим за всеми спортивными событиями. И вот первая игра, все кричат, атмосфера общего праздника, болеют, спорят.. Помню даже записывали в отдельную тетрадку «бомбардиров» турнира)) 
В разгар очередного матча, одного из первых, только начали играть, выходит тот самый «дядя Юра» — Грачик Гобоян, местный авторитет, со своей «свитой» и женой, которая и была эпицентром недовольства. Вообщем, они собирают нас в кучу и мягко говоря, намекают, что они недовольны уровню шума в своем дворе и последующей его загаженности. Мы говорим, мол, будем следить за чистотой, смотрите — даже сорняки все пропололи, кричать, ок, потише будем. Их эти аргументы не убедили. Армяне отломали прибитые скамейки, а одни ворота погнули, повиснув на них всем своим весом (3 молодчика). После этого чемпионатов у нас больше не проводилось, играли на одни ворота, своей компанией в «очко» и «телевизор». Так была растоптана одна детская мечта)
Месть не заставила себя ждать и была чистым стечением обстоятельств. У нас в подвале часто что–то варили, используя карбид и мы, ессно, его успешно тырили и взрывали полторашки. Но в этот раз мы долго не могли найти емкость, а у меня с собой в руках была недопитая соска вишневого компота. Недолго думая, идем на тот самый двор, где еще недавно у нас был «свой стадион», ставим соску в центр, кидаем карбид, закручиваем, отбегаем.. И тут на это самое поле въезжает Грачик, паркуя свою белую Волгу аккурат в метре от нашего боеприпаса. Кстати, это тоже было одной из причин ликвидации нашего поля — он же лишится ебаной парковки!! Мы тут же линяем, бежим ко мне домой и молимся, чтобы снаряд не сработал) Грач уже ушел домой, Волга так и стояла на своем месте, а соска почему–то так и не взрывалась. Кто занимался в детстве подобным знает, что через минуты 2–3 должно рвануть, если хорошо закрутишь, а если нет, то случались и «осечки». Прошло уже как минимум минут 10, мы уже успокоились и отошли от окна. Включили Денди, воткнули картридж и тут мощнейший хлопок)) Слышим крик выбежавшего Грача, его армянский монолог с вставками русского мата, выглядываем в окна, а там его Волга наполовину перекрашенная в темно–бордовый цвет. занавес

 

Дело происходило на даче, у меня рядом с домом находится парк, с примечательным названием «Гагаринский». В этом парке мы и установили беседку, копошились дня три, лавочки, столик, навес. Построили и забухали. Лето, все школота, каникулы. И всё бы ничего, если бы не соседи, за пару сезонов, нас поджигали, пилили, красили и один раз пытались отравить крысиным ядом. На итоге месть была избранна. Изрядно подвыпив я и мой товарищ Паша, на тот момент старше меня лет на 5, пошли за дровами. Предполагалось разобрать вражеский забор, отламываем одну секцию, относим — жжём, возвращаемся за следующей, ломаем и тут… твою налево — узнаю очертания своего дома. Мама была жутко недовольна, припоминает мне до сих пор, а прошло уже лет 10.
Беседку снесли, спилив при этом деревья на которых она крепилась, в этом году организовываю открытие сезона, подумываем отстроить заново. Спустя года, детство в попе пляшет.

 

У нас на даче тоже была своя «Дядя Юра». По уровню «активизма» была даже покруче Мамаши Кайла из South Park. И старше её лет на 15.
Не мог не поделиться историей, но вышло как–то длинновато, за что я прошу прощения.

Дачи были министерские и в тот момент ещё были живы все коллективы, среди которых и распределялись участки. Только недавно моя Бабушка рассказала мне, что до выхода на пенсию она была КГБшным стукачом на своём направлении. Ну или как–то так.

Так вот, эта бабка постоянно шарилась по кустам возле «Бревна» (нашего обычного места для посиделок) и потом обходила все наши дома и подробно рассказывала сколько неприличных слов каждый из нас сказал, сколько мы выпили и выкурили. Память у неё была отменная (видимо, сказывался стаж) — не ошиблась ни разу! Даже наоборот, иногда именно её показания помогали отмазаться от части обвинений, дескать «Нет, ВАШ не пил. Только выкурил три сигареты и назвал товарища словом на б.» 

И всё равно это была довольно мерзкая, взбаламошная, без причины визгливая женщина, которая портила жизнь не только нам, но и всему посёлку. Сплетни и слухи, зачастую абсолютно несправедливые и всегда крайне обидные, распространялись исключительно от неё. На каждом собрании правления посёлка она поливала грязью председателя, местную молодёжь (собственно, нас) и, что было особенно противно, наших родителей. При этом на следующий день она могла спокойно завалиться в гости к моей Бабушке, три часа пить с ней чай и говорить «как ваш мальчик–то подрос!». 

Не хочу сказать, что мы были тихой компанией, вовсе нет. Мы «колымили» в посёлке. Красили крыши, копали грядки, ставили заборы… Один раз даже сруб поставили. Собственно, на заработанные деньги мы и пьянствовали. По ночам мы играли на гитарах, регулярно выпивали и, в общем, периодически «наводили шороху». Возраст нашей компании был 11–15 лет. То есть если влетало — то конкретно. Но если у кого–то возникали к нам претензии — достаточно было прийти к нам и сказать об этом. Мы тут же всё исправляли (заново ставили сломанные заборы и подпаленные срубы, красили загаженные крыши, хех.). 

В конце–концов мы построили себе «Дальний шалаш» за территорией посёлка. Это было монументальное двухэтажное сооружение, со стенами, крышей и огромным столом. Мы настаскали туда диванов и стулий. На втором этаже мы спали. Во дворе у «шалаша» был оборудованный мангал и очень приличное кострище. Рядом — дровни. Идти до него было где–то с километр по лесу. Выбраться в темноте оттуда (чтобы всласть подебоширить на основных дачах) — практически нереально. Там мы и обмывали свои заработки.

И вот как–то раз, один из наших пошёл в кустики по малой нужде. Как–то так, резко подорвался, подскочил и вот он уже за три метра, расстёгивает ширинку. В процессе сладостного мочеиспускания, он всмотрелся в оскверняемый куст и от неожиданности заорал — там, так же офигевая от внезапности присходящего, сидела «Дядя Юра».
Она заорала тоже. Выскочила из кустов и с диким воплем унеслась, причём в противоположную от посёлка сторону.

Нашему веселью не было предела. Пол–ночи мы хохмили на тему «бабке досталось по заслугам!».
А вот на следующий день к нам пришёл председатель и сказал чтобы мы сносили на хрен наш дом, так как лесничество, колхозные земли (сейчас это уже не совхоз, а ЗАО «Восход») пожароопасность и во избежание…

Слава Богу, с Председателем договорились. От самых строгих родителей самые зачуханные (родителями) из нас получили по первое число. Самое обидное, что, в общем–то, ни за что — мы не устраивали погромов, мы не мешали никому, просто устроили пьянку. Моя Бабушка долго смеялась, повторяя «обоссали Зинку! Зинку обоссали!». Отец нашего мочеиспускателя молча пожал тому руку (про него «Дядя Юра» распустила особенно гнусную сплетню, что он бандюган и наркоман).

Так что на следующий день грустные пубертаты собрались на совет — что–б с этой тварью такого сделать, чтобы больше она никогда нам не мешала. К вечеру план был готов.
Очень удачным было то, что на неделе многие участки пустовали. Вокруг неё не было никого на два–три участка вокруг. Это и определило выбор способа мести.

В полночь, специально собранная команда самых лихих из нас (тех, кому обычно попадало меньше всех от толерантных родителей), выдвинулась на свои позиции.
Шестеро человек (все в чёрном), разбитых на две группы, ждали сигнала. Координатором был седьмой. Наш, типа лидер. Ещё двое стояло на шухере. Связь производилась по трём сотовым, стыренным у родителей (своих тогда ни у кого из детей ещё не было). На самом деле это, конечно, было больше для понта, ибо у нас были продумана сигнальная система.
Первая группа по условному сигналу выдвинулась к задней стороне дома.
Вторая — к передней.
Ещё сигнал, и вот уже все заняли свои чётко оговорённые места.
Третий сигнал и мы…
Строго в одном ритме начинаем заколачивать «Дяде Юре» ВСЕ окна и входную дверь.
Ритм был как в американских армейских кричалках — «Бум–Бум–Бум–Бум, Бум–Бум–Бум». Пауза на четыре «Бума» (схватил гвоздь или приладил ещё одну доску). «Бум–Бум–Бум–Бум–Бум–Бум–Бум». Ещё одна пауза (Подбежал к следующему окну).
Всё это — без разговоров, чтобы она не вычислила нас по голосам.
Хотя, конечно, и так понятно кто это сделал…
Пять минут и мы заколотили все окна. С дверью вышло хуже, потому что мы заколотили её по косяку, а она открывалась вовнутрь. Пришлось заколачивать гвоздями подлиннее, прямо в дверь.
Это заняло ещё три минуты. 

Жертва не сразу поняла что происходит. Она проснулась от ритмичного грохота сразу со всех сторон (Lord of the Rings, эпизод с барабанами гоблинов в Мории). Окно её спальни было заколочено первым, поэтому пока пыталась сориентироваться, включала свет (мы решили что обрубать провода — слишком жестоко, особенно в условиях дачи, где и так бывали перебои с электричеством) и в ужасе кралась ко входной двери, мы уже почти закончили. Верещать она стала только тогда, когда увидела как сквозь её входную дверь, один за другим проходят 200мм гвозди. Но дело было уже сделано. Мы отошли на исходные.

Господа и дамы, она сидела там почти сутки! Сторож, проходя мимо на следующий вечер, обратил внимание на прибитые доски и освободил узницу «замка нах», как мы окрестили её тюрьму.
На следующий день она пришла к нам с районной милицией. Но на момент совершения злодеяния, мы все, вроде как, сидели на «Бревне» и это подтвердили все жители обычных участков (те из нас, кто не пошёл «на дело», как вы понимаете, устроили нам отличное, громкое алиби). Отпечатков пальцев тоже, естественно, не было. А чуть позже, в частной беседе, мы посоветовали ей никогда больше ни на кого не стучать, а то следующие гвозди «могут быть забиты в крышку». И, не поверите, она больше нас никогда не донимала.

Прошло уже лет десять… Дама эта до сих пор жива, стала лучше характером. Мы тоже выросли. И былых гульбищ уже не устраиваем. У многих из нашей компании уже есть дети и, приезжая на дачу, все приветливы с ней.

Единственный раз после этого, когда она пыталась наябедничать мне на мою племянницу, я (как бы невзначай) постучал по столу вот этим вот «Бум–бум–бум–бум, бум–бум–бум». Она осеклась и немедленно распрощалась.

 

В связи с ограничениями ЖЖ на размер поста, окончание можно прочитать тут: http://rogovsky.net/tysyacha-i-odna-padla/

 

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Оставьте комментарий!

Оставьте ваш комментарий или trackback со своего сайта. Вы можете подписаться на новые комментарии через RSS.

Придерживайтесь темы записи. Никакого спама!

Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>