В начало » ЖЖ

Рассуждение о взаимных преимуществах разных психологических школ на тематическом примере

31 октября 2012 77 views Нет комментариев

image

Недавно один мой знакомый психолог рассказал невероятную историю:

Я сейчас посещаю один фитнес–клуб. Некоторое время ходил туда, не замечая ничего особенного, а потом один коллега сказал, что этот клуб известен как место повышенной концентрации геев. Сам этот коллега на половину метросексуал (по отцовской линии), так что ему в этом можно верить. Действительно: через какое–то время я стал замечать пары несколько излишне близких между собой мужчин, а позже обнаружил, что туда ходит и единственный гей, с которым я знаком лично.

Душевые там устроены, как выразился тот мой коллега, «демократично»: там нет перегородок между душеместами, просто большая комната с торчащими из стены распылителями и смесителями. Кто там из оказавшихся в душевой гей, а кто просто гой – быстро не сориентируешься: на них же не написано ничего об этом. Так вот, к вечеру там на полу обычно оказывается четыре–пять кусков мыла – чего в других функционально подобных заведениях я не видел. Люди роняют свое мыло и в месте с такой репутацией не считают возможным за ним нагнуться. Не думаю, что люди действительно считают геев настолько похотливыми животными, чтобы на самом деле опасаться, нагнувшись, тут же получить пресловутый «Чпок. Добрый вечер»: это явно просто нежелание создать стандартную завершенную ситуацию. С точки же зрения гештальт–психологии конструкция обретет собственную цельность и качества, несводимые к сумме качеств элементов только тогда, когда все уже будет сунуто.

Но вот есть, к примеру, колода карт. Пусть сначала все карты перевернуты рубашками кверху и их по одной начинают открывать. Когда открыты все карты кроме одной, от открытия последней количество информации о порядке расположения карт в колоде не увеличивается: мы и за одну карту до этого знали о порядке абсолютно все, потому что для последней остался единственный вариант; открытие последней карты – пустое тавтологичное действие. Так и с фитнес–педерастами в душевой. Ситуация становится вполне комплектной в тот момент, когда человек нагибается за куском мыла; сувание в него чего бы то ни было – в информационном плане бессмысленное, избыточное занятие: это тот самый тавтологичный последний элемент, от отсутствия или наличия которого абсолютно ничего не меняется. То есть здесь мы имеем случай, когда гештальт в классическом виде замещается чем–то меньшим. Как это назвать правильно, я не знаю, но видно, что интуитивно это близко людям. А вот с точки зрения возникающих ассоциаций, ситуация «уронил мыло в душевой с непредсказуемым количеством присутствующих мускулистых педерастов и нагнулся, чтобы поднять» ничем не проигрывает той же ситуации без финального поклона. То есть с точки зрения ассоциативного психоанализа можно остановиться еще на одну закрытую карту раньше.

Дело в том, что психология отличается от, скажем, матанализа тем, что индукцию почти всегда можно крутить и в обратную сторону — применять, так сказать, теорверовский оператор «после» для того, чтобы определить, что делается (или что надо делать — в зависимости от типа текущих размышлений) до. Таким образом, мы получаем, что, зная последнюю карту и оперируя в рамках выбранной модели, мы можем отбросить её как зафиксированную и остаться с колодой из N–1 карт на руках, к которой повторно приложить уже отработавшие выше рассуждения. Практически все психотеории так и делают, вопрос только в количестве требуемых для их запуска карт и их положения в колоде.

Если приводить пример, не выбиваясь из заданной темы, то посмотрим на гей–бары. Почему люди не ходят в гей–бары? Не потому же, что там пиво плохое, или официанты дерзкие, или бифштекс подгоревший, или часы работы неудобные. И даже не потому, что там колыбель разврата и, стоит только заглянуть в дверной проём, как на тебя набрасываются похотливые полуголые матросы. Просто потому, что известна последняя карта: завсегдатаи гей–баров долбятся друг с другом под хвост. И человек, которому предлагают туда пойти, задаёт сам себе вполне резонный вопрос «чё я там буду делать?», в ответ на который выстраивает умозрительную цепочку с началом в виде согласия попить там пива и концом в виде похмельного утра в чьих–то волосатых объятиях. Сколько звеньев в этой цепочке — зависит от конкретного человека и того, насколько богатый у него внутренний мир и больное воображение. Модель мышления, вызванная к жизни ярлыком (якорем) «гей–бар», не позволяет спрогнозировать сценарий «просто попить пива». Такой же сценарий сгенерится в голове у любого, кому потом расскажут «знаешь, сходил я вчера в гей–бар…», и последующие отмазки будут восприняты скорее как шутки/заигрывания.

То же самое, разумеется, относится к другим заведениям с аналогично жёстко фиксированным имиджем. Например, вчера я полувшутку предложил своему знакомому программисту сводить его в ночной байкерский клуб. У него, естественно, тут же всплыли мыслеобразы того, что он читал про однопроцентники и что видел в фильмах, он побелел, представив себе толпу бородатых чуваков в косухах и цепях с мачете в зубах, обступающих его со всех сторон с вопросом «ты чо, умный, да? а ну скажи чё–нить на хаскеле!». Если бы он был не кодером, а барабанщиком в Блюз Бразерс, он бы непременно ответил «those guys are bad mothers, Elwood, they kill people».

Да, и ещё, слегка выбиваясь из темы. Если то, отымели кого–то в твоей душевой или нет, можно совершенно определённо доказать соответствующей медицинской экспертизой, возникни такая необходимость, то чем больше мы сдвигаем наш интерес в область трансцендентного и неосязаемого, тем больше карт можно считать открытыми на основании одной–двух. Например, если у человека абонемент в оперный театр, он явно интиликтуал и сноб, а дальше действительно ли он чувствует Прокофьева и Гершвина всеми фибрами своей тонкой души, или храпит там как свинья и жрёт бутерброды в антрактах, или вообще не ходит никуда, читая рецензии на сайте Экслера, а сам абонемент на раёне отжал — в рамках обычной социальной беседы нерелевантно, да и вообще искренне интересно ничтожно малому кругу лиц. В нашем печальном постмодернистском мире мы находим многих прямо–таки замещающими реплики или блогопосты «у меня богатый внутренний мир, нет, правда» на «откушал я давеча бокал пармезана, завернув его в старый потёртый видавший виды клетчатый плед».

Величайший изъян жизни, писал нам Сенека, есть её вечная незавершённость. Две тысячи лет люди шли к тому, чтобы этот изъян заполировать, и пришли к тому, что незавершённость в упор не хотят замечать нигде, выдумывая себе содержимое закрытых карт даже в том случае, когда и карт–то никаких нет.

Так что я предполагаю, упавшее мыло в душевой с геями — старый устойчивый паттерн, следуя которому, если нагнуться — кто–то обязательно засадит. И в момент, когда падает мыло, всплывает этот самый паттерн, а с ним и волнение, волнение за попу, в кровь вбрасывается адреналин, не дающий в этой ситуации понять разницу между «поднять мыло в душевой с геями» и «нагнуться за мылом в душевой с геями».

А почему я так предположил. Недавно ходил в бассейн с точно такой же душевой и уронил там гель для душа (гель выпадает из паттерна), так вот когда я приседал за ним — поймал себя на мысли, что думаю про эту фигню с мылом и геями. К слову, уронил я его раза три, и беспокоился — не подумали бы мужики обо мне какую фигню. Мне кажется, все мужчины об этом думают.

А как вы считаете? Прав мой знакомый?

 

 

 

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Оставьте комментарий!

Оставьте ваш комментарий или trackback со своего сайта. Вы можете подписаться на новые комментарии через RSS.

Придерживайтесь темы записи. Никакого спама!

Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>