В начало » ЖЖ

Белое море — фотопост знаменитого Александра Семенова с Лепрозория. Часть вторая.

23 мая 2012 210 views Нет комментариев

Сейчас я расскажу сразу про двух очень крутых животных. Они у меня всегда парой по двум причинам: во–первых, они охеренно редкие и их довольно сложно найти, а во–вторых, они встречаются практически всегда вместе, поскольку один питается другим. Это Корифелла полярис (Coryphella polaris) и Тубулярия индивиза (Tubularia indivisa). Поскольку в посте будут и другие корифеллы, то этого прекрасного монстрика будем называть Полярисом, а тубулярию — Индивизой. Это не очень правильно с научной точки зрения, но я так привык, а текст мой, хехе. И картинка для затравки:


Индивиза — это фантастически красивый одиночный гидроид, в отличие от колониальной Эктоплевры, которая раньше тоже называлась тубулярией, кстати. Они родственники и у них примерно все одинаково, кроме того, что Индивиза огромная — длина стебля может достигать 40–50 сантиметров, а диаметр зооида с щупальцами — 5–6 сантиметров. Это настоящий гигант. Поскольку под водой все кажется на треть больше, то встреча с таким мутантским полыхающим во тьме цветком — это очень сильное впечатление. Да, найти их можно только в темноте, но не потому, что они такие хитрожопые и днем прячутся в грунт, а потому, что там, где они растут, постоянный мрак — туда тупо не проходит свет через мутноватую Беломорскую воду. У нас вообще на глубины больше 20 метров без фонаря уже ходить бестолку — нихрена не видно, а на 30 метрах создается ощущение, что все до единого фотончики застряли где–то выше. Так что плывешь ты себе спокойно в безмолвной тьме, светишь фонарями в разные стороны, и тут из темноты возникает такое:

 

 


Поначалу я чуть не захлебнулся от восторга, потому что встретил эту штуку впервые за сто с лишним погружений. Теперь я чуть умнее и знаю точное место, где на камнях растут несколько Индивиз. Оно на 35–40 метрах, правда. Анатомия и образ жизни у Индивизы в точности такой же, как у Эктоплевры, про которую написано выше, но есть у нее клевая особенность отбрасывать голову и выращивать новую. Когда условия существования не очень кайфовые — еды там нет, или все щупальца отъели — зооид просто отшнуровывается и отваливается, остается торчать только длинная рыжая палка из земли. В этой палке есть зазипованный архивчик генетического материала и примерное представление о том, как должна выглядеть новая голова. Когда время приходит, новый цветок вырастает, распускается и выглядит как новый. Я вот не знаю, живет эта палка вечно, или как. Но несколько лет точно.
Самая частая причина потери головы — это прожорливый Полярис, голожаберный моллюск, редкий, как не знаю что, который умеет находить Индивиз во мраке ночи, залезать на их длинный стебель и точить их мягкие органы.


Как правило, Индивизы большие, а Полярисы не очень, так что трапеза может длиться несколько дней, или моллюск может пожрать половину гонад, к примеру, и уползти дальше по своим голожаберным делам. Но бывает и так, что Полярисы отъедаются до конских размеров в 5–7 сантиметров, и эта Индивиза им на один зуб вообще. Кстати, о зубах. У них там внутри в глотке тоже есть радула — та же терка, что и у Ангелов или Чертей, и вроде как есть какое–то подобие жестких челюстей, которыми они перекусываю/отрывают мягкую ткань кишечнополостных, после того как немного всасывают ее в рот. Честно говоря, я не очень представляю, как эти челюсти выглядят, потому что это надо им туда лезть уже с микроскопом, фикисировать бедняг и резать их на микротоме. Я пока до этого не дошел. Полярисы выглядят как–то так:


Длинные «рога» на голове — это видоизмененные щупальца, ринофоры, органы химического чувства и вообще главная сенсорная система любого голожаберника. Говорят, что ринофорами они на расстоянии чувствуют сразу запах и вкус, но как, я не знаю. Короче, как–то улавливают ароматные флюиды, после чего моллюск знает куда ползти и кого есть, или кого трахать. Вот последняя фотка, кстати, это ебля. Я когда про других Корифелл буду рассказывать, покажу даже картинки крупным планом. У них тоже все непросто и пенисы узелком. Моллюски такие затейники. У некоторых голожаберников (они тоже гермафродиты) есть даже такое правило, что первый, кому другой партнер откусит хуй, тот и девочка. Про подводный секс вообще истории самые забавные бывают. Расскажу еще потом все. Вот на фотке Полярис–неудачник, он еще совсем мелкий и ему проползти 40 сантиметров по огромному стеблю стоило целого дня наверное. А там уже побывали его старшие товарищи. Если так подумать, откуда он полз к этой одинокой Индивизе и в скольких десятках–сотнях метров может быть следующая, то чувака немного жалко.


Вот так, кстати, выглядит почти новорожденный Полярис. Пирожок:


И еще пару строчек об их безумной редкости. Впервые мы нашли этого гаврика четыре года назад, когда его совершенно случайно пронесло мимо нас течением. Тогда я немного охуел (я всегда так делаю, когда вижу новых для себя беспов), поймал его в пакетик и уже в лаборатории сделал вот такую фотографию:


После этого пару за пару лет они встречались нам раза два–три от силы, и это была какая–то невероятная удача, все радовались как дети каждому увиденному Полярису. Должен отметить, что до первой поимки мы таких вообще не видели никогда, разве что одна замечательная девушка Наташа Червякова сфотографировала небольшого Поляриса где–то в районе дайв–центра, в котором она работала. Но это тоже единичный случай. Сейчас же, с открытием района, в котором тусуются прикрепленные Индивизы, этих красивейших голожаберников можно дожидаться, один раз в три–пять дайвов одного–двух Полярисов можно будет встретить. Это мои самые любимые голожаберные моллюски ever, наверное именно потому, что с ними так все сложно.

Собственно, Корифеллы (Coryphella verrucosa). Это самый массовый вид голожаберных моллюсков в Белом море, то есть их просто до жопы. За одно погружение можно насобирать сотню при желании. Про них можно долго рассказывать, но я постараюсь обрисовать основное. Голожаберные моллюски относятся к гастроподам, по простому — к обычным улиткам, только у них нет раковины — потерялась в процессе эволюции, а вместо нее из тела начала расти всякая непонятная херня, папиллы, например, или жаберные венчики в районе жопы, или всякие специфические кожные образования, короче, разнообразие форм голожаберников поражает воображение даже бывалых специалистов. Почти всегда разные торчащие из тела штуковины выполняют роль жабр, то есть в них происходит газообмен с окружающей средой. Для того, чтобы газообмен шел нормально, поверхность выростов должна быть очень тонкой и нежной, а потому ужасно притягательной для всех, кто может эти нежные части отъесть, поэтому голожаберные моллюски придумывают всякие разные способы защиты и маскировки, от этого такое разнообразие и получилось. Причем если одни просто могут прикинуться шлангом и не отсвечивать, другие — превратить кожу в броню, то третьи используют активную защиту. Это как раз Корифеллы. Корифелла выглядит так:


Они питаются самыми разными кишечнополостными: гидроидными полипами, небольшими актиниями, сидячими или мертвыми медузами — всей той мягкой шнягой, которая никуда не может убежать от медленно ползающих моллюсков. Как известно, все кишечнополостные имеют стрекательные клетки, то есть жгутся. Мало того, что Корифеллы научились жрать это и не обжигаться, так они еще используют их оружие для собственной защиты. Дело в том, что они выделяют слизь, которая обволакивает стрекательные клетки и дезактивирует спусковой механизм нематоцистов, а при переваривании пищи эти клетки каким–то хитрым образом отделяются от остальной еды и транспортируются в специальные мешочки (книдосаки) на концах папил. Белые кончики папил на фотографиях — это и есть мешочки с активными стрекательными клетками гидроидов или актиний. Когда какая–нибудь голодная и злая рыба захочет попробовать Корифеллу, в пасть ей воткнется несколько десятков стрекательных нитей с токсином. Это немного отбивает аппетит и желание пробовать еще раз. Корифеллы за едой:


Любимая их еда — это все та же Эктоплевра, которую они могут объедать подчистую за несколько часов. Правда и корифелл для этого нужно много, как на последней фотке. Кстати, цвет папил напрямую зависит от того, что моллюски жрут, так как цветное что–то в папилах — это печеночные выросты пищеварительной системы. Я видел ярко–красных, розовых, оранжевых, черных, коричневых, фиолетовых и даже белых корифелл, и все это один вид. Забыл еще размеры указать — от 1 до 4 сантиметров. Вот риал–ворлд сайз, примерно так их видно глазом:


А в макрообъектив вот так:


Как и все остальные животные Корифеллы не прочь кинуть пару палок, но тут есть проблема — они гермафродиты, поэтому палки приходится кидать друг в друга. У них огромный половой орган, который до поры до времени спрятан в специальной дырочке в правом боку, поэтому когда партнеры встречаются, они должны сползтись правыми боками, вынуть пенисы и пожать их другу другу. Вот тут я на 100% не уверен, но по одному сценарию один голожаб оплодотворят второго, у которого уже созрели женские половые продукты, то есть там все же есть разделение ролей, а по другому сценарию они вполне успешно пялят каждый каждого и оба расползаются беременные. Иногда еще третий смотрит, кстати.


После оплодотворения Корифелла некоторое время вынашивает яйца внутри, а потом делает красивую спиральную кладочку, из которой через пару недель вылезают крохотные голожабики с тонкими редкими папилами и начинают самостоятельную жизнь. Размеры у них совсем смешные поначалу — меньше миллиметра со всеми своими выростами, но они довольно быстро набирают в весе и прибавляют в росте. На второй фотке обед в яслях, на третьей — сравнительные размеры с родителями.

Второй массовый вид голожаберных моллюсков — это Дендронотус (Dendronotus frondousus). Он у нас мастер маскировки, который выращивет на себе деревья, за что и получил свое название. Я тот еще знаток греческого и латыни, но вот déndro — это дерево, а notum или notus — это жабра, так что Дендронотус — это деревожабры. Короче, его кожные выросты представляют собой разветвленную хуйню, которая тем ветвистее, чем старше моллюск. Эти деревья служат для газообмена и для обмана потенциального хищника, так как с их помощью Дендронотус влегкую скрывается в складках местности, и среди каких–нибудь кустистых водорослей или гидроидов его хер найдешь.


Хоть они питаются кишечнополостными (гидроидами, в основном), как и Корифеллы, но активной защиты в виде спижженых у медуз стрекательных клеток у них нету, поэтому когда рыбы их находят, все же съедают. Но мне кажется, что они не особо вкусные, так как я видел голодную рыбу, которая раз пять проглатывала и выплевывала обратно несчастного моллюска. Иногда Дендронотусы собираются в огромные стада и пасутся на ламинариях, которые в определенный сезон начинают активно обрастать колониями гидроидов, так вот эти древоносные коровы все подчищают с огромной гладкой поверхности морской капусты. Но чаще их можно встретить просто на дне на какой–нибудь ветке, которая подходит им по цвету и фактуре. Рот у них спереди внизу, спрятан под большой верхней губой, из которой тоже растут разветвленные штуки — это чувствительно–осязательные щупальца, он ими постоянно щупает все, по чему собирается проползти или что собирается съесть. Ринофоры у него тоже есть, такие шишечки на ветках, которые торчат их головы. Удвительно то, что в пределах одного вида у них какая–то невероятная изменчивость по цвету, размеру и форме выростов. Я видел моллюсков по 7–8 сантиметров, белых, розовых, коричневых в золотую крапинку, полностью прозрачных и полностью прозрачных с зелеными кишками.


С яйцами внутри + яйца снаружи.


Фотографии маленьких свежерожденных Дендронотусов я куда–то просрал, поэтому вот вам странные формы взрослых. Особенно последний занятный, я всего один раз в жизни такого встретил на приличной глубине за тридцать.

Еще один голожаб, которого я нежно люблю — это Эолидия (Aeolidia papillosa), мохнатая варежка размером с ладонь без пальцев. Это очень медленный и могучий моллюск, который питается актиниями, причем большими актиниями, отъедая у них до половины тела за раз.


У Эолидии гигантская верхняя губа, которую она умеет «натягивать» на небольшие актинии целиком, а на крупные частично. Где–то там под губой во рту у нее находится радула, которой она неторопливо натирает тело актинии в кашу. И бедной актинии даже некуда деться, так как животное прикрепленное. Но! Есть у актиний одно средство защиты, на которое Эолидиям, правда, похуй, но рассказать все равно надо. В нормальном состоянии актиния — это такой пучок жгучих щупалец на ножке, но если ее потыкать палочкой и напугать, то щупальца убираются внутрь, все люки задраиваются, а ножка сокращается, в итоге актиния превращается в плотную сиську, от которой уже ничего мягкого не оторвешь (крабы отрывают клешнями щупальца, например). Но если продолжить теребить этот сжавшийся комок, то из него вылетят длинные белые нити, ужасно клейкие. Они называются аконтиями и плотно усажены стрекательными клетками, для актинии это типа такая оборона с огнем из укрепленного форта. По идее, особо назойливое животное должно получить свою порцию нитей прямо в рожу, они приклеятся и будут это животное в рожу стрекать еще некоторое время, но Эолидия не такая, Эолидия умная и выделяет слизь, подобную той, что используют Корифеллы для дезактивации стрекательных клеток, поэтому жрет спокойно, вся увешанная белыми нитками. И да, она тоже использует клетки актиний для своей обороны. Вот картинки. Первая — найдите Эолидий, дальше питание и портрет.


Остальных Беломорских голожаберников я, пожалуй, замешаю в одну большую кучу и расскажу по чуть–чуть про каждого, потому что я про них не так уж много знаю. Начну с колючего сантиметрового ёжика Акантодориса (Acanthodoris pillosa). Это голожаб из подотряда Дорид, чьей характерной чертой является торчащий из жопы жаберный венчик, им они дышат, так как остальные их покровы толстые и зачастую несут защитную функцию. Поскольку на жопу с нежными жабрами периодически покушаются в гастрономических целях, то они изобрели специальный карман, в который венчик втягивается в случае опасности. Ринофоры в экстренной ситуации тоже складываются и прячутся внутрь, чтобы и их не отгрызли. Поверхность тела покрыта небольшим жесткими шипиками, что несколько мешает потенциальным хищникам. А вообще они няшные:


Вторая малявка — это Анкула (Ancula cristata), совсем крохотный голожаб, который редко дорастает даже до одного сантиметра. Анкула практически полностью прозрачна, поэтому выглядит иногда как маленькая призрачная корова. Жаберный венчик тут на спине, окруженный несколькими «пальцами», торчащими вокруг. Вообще ничего больше про него не знаю.


Еще у нас водятся очень симпатичные и похожие на Корифелл моллюски Тринхезии (Trinchesia viridis). Только они всегда зеленые либо коричневые и еще довольно мелкие, полтора–два сантиметра — их предел. Красивые инь–яни получаются, когда зеленые трахаются с коричневыми. Да, а темное зеленое ядро, просвечивающее изнутри головы — это мозг!


Вот этих ребят я видел единственный раз в жизни, хотя говорят, что раньше их было дохрена по берегам Белого моря. Называются Прекутонами (Precuthona sp.). Они живут на водорослях в приливно–отливной зоне — литорали, и их можно собирать голыми руками в отлив. Они совершенно бархатного цвета, очень мелкие — где–то с полсантиметра, и очень любят сползаться в кучу.


Следующий моллюск проходит под кодовым названием «Хуй найдешь, когда он нужен». Это совершенно банальный и массовый вид, Нудибранхус (Nudibranchus rupium), но он настолько мелкий и невзрачный, что его нужно искать с лупой или большим наметанным глазом. Они сидят на ветках гидроидных полипов, практически с ними сливаясь по цвету и форме. При своих размерах в 2–4мм это их очень спасает как минимум ученых водолазов.


Еще одни милые мохношарики, про которых я нихрена не знаю — это Кутоны (Cuthona sp.). Просто шарики, живут на гидроидах, едят гидроиды, выглядят хорошо. Тоже полусантиметровые.


Во, дошли до более–менее приличных моллюсков — здоровых и крепких. Знакомьтесь, это Онхидорис (Onchidoris bilamellata), местный качок. Онхидорис похож на орех, он жесткий и коричневый, только у него вся кожа покрыта шаровидными выростами, внутри которых имеются жесткие палочки — спикулы, не то известковой, не то кремниевой природы, короче, каменные. На фоне прошлых миллипездрических голожабов Онхидорисы — просто гиганты, я видел ребят по 5–6 сантиметров, а ведь бывают и больше. Этот моллюск крут не только своими показателями защиты, у него и с силой атаки все хорошо, ведь питается он Балянусам — усоногими рачками, которые живут в известковых домиках с толщиной стенок в несколько миллиметров (покажу еще). Так вот Онхидорис эти домики разламывает челюстями! Лично мне для этого нужны пассатижи, а лучше зубило с молотком. У меня большие руки и могучие рычаги, но мне нужно приложить немало усилий, чтобы раскурочить дом балянуса и достать его мягкое тело, а эта пятисантиметровая хуйня просто смеется надо мной, расхреначивая крепкое убежище очередного рачка.


Дальше одна фотография неинтересной плоской белой лепешки под названием Кадлина (Cadlina laevis). Вообще ничем не примечательная штука.

И последний голожаб в списке — броненосец Палио (Palio dubia), небольшой коричнево–зеленый моллюск, пожиратель мшанок, обладатель крепкой кожи и острого пениса. И это, кстати, связано! У этих ребят заросло то отверстие, куда обычно можно присунуть, поэтому Палио придумали протыкать в партнере дырку в любом удобном месте! Я иногда хуею с некоторых эволюционных решений, и это тот самый случай. В остальном моллюск нормальный и даже красивый:

Ну вот и все на сегодня.

Блок ссылок в конце поста:

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Оставьте комментарий!

Оставьте ваш комментарий или trackback со своего сайта. Вы можете подписаться на новые комментарии через RSS.

Придерживайтесь темы записи. Никакого спама!

Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>