В начало » ЖЖ

спасти рядового Зайку.

7 августа 2010 109 views Нет комментариев

Итак, водитель скорой помощи, москвич хуй знает в каком поколении, ни разу не судимый Павел Зайка 20 марта вечером выпил с друзьями — у кого-то из них родился сын. Он поймал тачку. Проехав какое-то время, он понял, что в кармане только 50 рублей. Бомбила по имени Улугбек расстроился — они к тому времени проехали больше чем на сотню, а с его знанием Москвы и любовью к гонорарам — и на всю штуку. Улугбек остановился, вышел, начал вытаскивать пассажира из машины, а потом сломал ему нос. Пассажир разбил боковое стекло машины. Драка и причинение ущерба, скажете вы?

Ни хуя.

Когда Павел Зайка пошел в сторону отделения пожаловаться на сломанный нос, какие-то хулиганы ебанули его сзади дубинкой и очнулся он уже в отделении и в наручниках, где ему сразу сломали еще и руку, а потом на сутки бросили в одну камеру с Улугбеком. За сутки в камере у хулиганов мужчины подружились, Павел пообещал оплатить новое стекло, а Улугбек попросил прощения за сломанный нос. The end?

Ни хуя

Следователь (он так представлялся) тем временем названивал с телефона Павла его друзьям и требовал 5 тысяч евро за то, чтобы замять дело. Зарплата Павла на скорой помощи — около 500 евро в месяц, друзья зарабатывают немногим более.
Пять штук евро в три часа ночи собрать не получилось.
Поэтому Улугбека менты угрозами заставили дать показания что Павел Зайка пытался отнять у него мобильный телефон, угрожая ножом (у него с собой действительно был перочинный раскладной ножик с отвертками, он же водила вечно ломающейся кареты). Это называется 162, ч.2-я, срок до 9 лет — вооруженный грабеж. Охуенный такой показатель для скромного умом мента — раскрытие вооруженного грабежа.

Улугбек подписал бумаги, его отпустили, Павла Зайку с переломами руки и носа отправили лечиться в лазарет (в деле упоминания о травмах отсутствуют), а потом в тюрьму.

Когда на следующий день следак позвонил тому же другу, он сообщил, что теперь замять дело будет стоить более 100 тысяч евро — выписана санкция на арест и заведено уголовное дело, теперь львиную долю придется отдать судье. Сто тысяч чувакам собрать не удалось — коммуналка, в которой Павел Зайка живет с женой Алиной и с сыном, стоит дешевле.

Мы взялись за эту историю. Улугбек к тому времени несколько раз пытался забрать заявление, но после того, как ему сказали: «тебе, гнида черножопая, пиздец, суши тогда сам сухари, сука», предпочел скрыться. Профессионалы в погонах искали его очень активно и ищут до сих пор, и понятное дело, найти не могут. Понятное дело, Улугбека, запуганного и трясущегося, мы нашли в другом городе, он продемонстрировал нам паспорт, рассказал, как все было на самом деле, а потом его нотариально заверенные показания, его же адвокат попытался приобщить к делу.

Ни хуя, никто не приобщил.

Все видеоматериалы переданы мной стороне защиты, я готов подтвердить их подлинность в суде.

После нашей съемки следак, открывший дело, приезжал к бывшей подруге Улугбека, угрожал «ей и ее выблядкам». Что с Улугбеком сейчас, я не знаю, но судя по нынешнему состоянию дел, гениям русского сыска найти его не удалось. Хотя с их уровнем профессионализма странно, что они как-то находят дорогу домой со своей ебаной службы и еще помнят, где дома заныканы бабки.

Мы тем временем, получив разрешение на съемки в Дорогомиловском суде, 2 июля отправились туда на первое заседание. Когда принципиальная судья Белкина услышала о присутствии съемочной группы, заседание без объяснения причин перенесли сразу на 5 августа — ну правильно, санкция на арест была выдана ею лично, без всяких на то оснований, и в принципе судья Белкина давно должна бы работать кондуктором. Зал был оцеплен боевыми приставами, сама Белкина так и не появилась, чтобы сообщить о переносе дела, где-то заныкалась — офис там кондиционированный и просторный.

Сегодня мы опять поехали в этот цирк. Когда бойцы ППС — свидетели обвинения — нас заметили, то просто съебались. Заседание, которое было назначено на 2 часа дня, все не начиналось. Миловидная блонда — хуй знает — секретарша или кто там она — поминутно спрашивала у меня: «Олег Александрович, у нас свидетели обвинения не пришли, они на срочном мероприятии, у нас и факс есть из ментовского отдела, может вы не будете ждать и поедете?» — «Я подожду, спасибо — отвечал я — и дайте мне поглядеть на факс, а также прокомментируйте, по какой причине у вас свидетели сбежали на опасное мероприятие».

Ни хуя, понятное дело.

В полседьмого вечера к нам подошли четверо приставов и выперли нас на хуй из суда со словами: «Заседание переносится». Я заглянул к тонконогой блонде в кабинет: «Вы лично-то могли сказать? Такая вежливая телочка, а натравливаете вон приставов. А ведь у нас разрешение на съемку». Меня оттеснили от кабинета, а телка заорала: «Закройте дверь с той стороны, здесь снимать нельзя». Все это, понятное дело, снято.

Когда за несколько минут до того, как нас выгнали из суда, мы с одним из приставов курили на крыльце, он глубокомысленно сообщил: «Вообще, наши иногда охуевают».
Нет, дяденька, вы в принципе все живете, не выходя из глубочайшего охуения.

Надо ли говорить, что через полчаса после нашего отъезда невидимая судья Белкина начала заслушивать дело, а менты из ППС сами собой появились.

Телка из кабинета сообщила Алине (жена обвиняемого): «Правду ищем? Доищетесь, никакие нтвшники вам не помогут, поедет на срок». До 9 лет, я повторяю, из-за ебаного бокового стекла.

Если на Алину это почти подействовало, то я весь этот срез общества в униформе на хую вертел в принципе, и отлично осознаю, что пускай у меня вряд ли получится добиться того, что им причитается по праву, то есть крытки или как там это в их тусе называется, но разнообразить их убогие кошмары мне вполне по силам. Вменить мне статью за неуважение к суду у них тоже не получится — все снято на видео, а я там веду себя так, как будто уважаю эту институцию, достойную разве что плевка.

В принципе, вот так из законопослушных, далеких от политики и тем более протестов, людей — делают поклонников приморских партизан, которые всю эту тусу если не сами на осинах развешают, то будут аплодировать — и кто я такой, чтобы говорить им, что это неправильно.

Самое крутое — у людей в униформах никогда не хватит даже ума понять, что мне никто не заносил бабла, они-то уверены, что вместо стошки евро им — друзья и семья обвиняемого занесли нам, а значит я — просто их более удачливый конкурент. О том, что кому-то можно просто посочувствовать, они давно уже не догадываются.

Я просто тоже иногда ловлю тачку пьяный, и пару раз такие поездки заканчивались мультикультурной дракой после, например, попыток меня ограбить. А ведь человек поймал тачку 20 марта, сидит до сих пор, а может сесть еще на несколько лет из-за того, что следаку очень нужна палка и бабки, а судья, как девочка, стесняется признать свою полную непригодность к чему-либо.

В прошлогоднем «зая, я убила мента» должны появиться новые коннотации — номер Алины Зайка можно получить у меня по первому требованию. Если на следующие заседания Дорогомиловского суда, которые теперь назначены на 26 и 30 августа, приедут хотя бы еще несколько журналистов, госпожу Белкину В.А., наверное, хватит удар, и возможно она поймет, как ошибалась, думая, что уж этого бесхозного работягу закроет так, как привыкла, на свой убогий лад.

Ни хуя.

http://larry-flynt.livejournal.com/158993.html

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (2 votes, average: 4,50 out of 5)
Загрузка...

Оставьте комментарий!

Оставьте ваш комментарий или trackback со своего сайта. Вы можете подписаться на новые комментарии через RSS.

Придерживайтесь темы записи. Никакого спама!

Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>